Нейропсихология и детская оценка в Паламосе: новый психолог Clínica Eupnea

На школьном собрании вам говорят это мягко: мальчик сообразительный, но отвлекается, не доводит задания до конца, а чтение даётся ему тяжелее, чем должно бы. Дома вы это уже замечали, только не знали, как назвать. Когда доходит до такого, следующий шаг — не гадать, а измерить. Этим и занимается нейропсихология.

В Clínica Eupnea в Паламосе (Баш-Эмпорда) к службе психологии присоединяется Сра. Мируна Михайла, психолог и нейропсихолог. Её направления — нейропсихология и нейропсихологическая оценка, в том числе детская, гериатрическая психология, аутизм (РАС) и СДВГ, терапия пар и детская терапия. Пять разных дверей; вот что находится за каждой из них.

Что такое нейропсихология и чем она отличается от психологии

Классическая психология занимается прежде всего тем, что вы чувствуете и что делаете: тревога, грусть, конфликты, привычки. Нейропсихология смотрит на слой ниже и спрашивает, как работают инструменты, которыми мозг делает эту работу: внимание, рабочая память, скорость обработки информации, речь, чтение и письмо и исполнительные функции — планировать, начать задание, сменить стратегию, затормозить импульс.

Практическая разница такая: если ребёнок никогда не доделывает уроки, психологический взгляд спрашивает, нет ли здесь потери мотивации или тревоги, а нейропсихологический — не в том ли дело, что трудно удерживать внимание, что не хватает скорости списать с доски или что подводит организация. Часто ответ оказывается смесью того и другого, поэтому их исследуют вместе. Используемые тесты стандартизованы: они сравнивают ребёнка не с братом и не с соседом, а с сотнями детей того же возраста.

Детская нейропсихологическая оценка: когда её просить

Детская нейропсихологическая оценка нужна не всем и не проводится для порядка. Она имеет смысл, когда есть конкретный вопрос, на который никто не может ответить. Вот самые частые поводы для обращения:

• Школа отмечает отставание в чтении или письме, которое не улучшается при дополнительных занятиях.
• Ребёнок отвлекается, теряет вещи, не доводит дела до конца и словно «не слышит»: подозрение на СДВГ.
• Задержка речи или развития, которая тревожит педиатра.
• Трудности в общении, очень жёсткие ритуалы или крайне узкие интересы: подозрение на РАС.
• Удар головой, эпилепсия или неврологическое заболевание, и нужно понять, как это отразилось на когнитивных функциях.
• Высокие способности или большой разрыв между тем, что ребёнок знает, и его оценками.

Вне этих случаев чаще всего разумнее подождать и понаблюдать. Пятилетнему, который много двигается, батарея тестов не нужна; девятилетнему, который третий год тянет за собой трудности с чтением, — нужна.

Как проходит оценка, шаг за шагом

Стоит знать заранее, что будет происходить, — прежде всего чтобы объяснить это ребёнку и не напугать его. Обычно процесс состоит из четырёх частей:

• Беседа с родителями. Беременность и роды, развитие, сон, здоровье, история обучения и конкретная причина обращения.
• Обследование ребёнка. Две–четыре встречи с заданиями, которые он воспринимает как игры и загадки: запомнить последовательность, найти фигуры на время, скопировать рисунки, прочитать списки слов.
• Сведения из школы. Опросники для учителей: то, что происходит в классе, не всегда видно на приёме.
• Заключение и обратная связь. Встреча, на которой профиль объясняют понятными словами, с рекомендациями для дома и класса и, если нужно, с направлением к профильному специалисту.

Заключение служит документом для школьной психолого-педагогической службы, педиатра или школы, когда требуется добиться учебных адаптаций.

Аутизм (РАС) и СДВГ

СДВГ и расстройство аутистического спектра (РАС) чаще всего замечают, когда темп ребёнка не совпадает с темпом группы, но проявляются они по-разному. При СДВГ на первый план выходят невнимательность, импульсивность и постоянное движение, а бросается в глаза непоследовательность: тот же ребёнок, который не выдерживает пяти минут за уроками, может час просидеть увлечённым любимым делом. При РАС заметнее социальная и коммуникативная сторона, очень жёсткие ритуалы и дискомфорт от перемен или от определённых звуков и текстур.

Оценка описывает профиль конкретного ребёнка, а не ставит на нём печать. Дальше идёт работа с поведенческими рекомендациями дома, тренировкой социальных навыков и взаимодействием со школой, чтобы адаптации были именно теми, которые действительно нужны. Мы также сопровождаем взрослых, которым диагноз СДВГ поставили поздно, после многих лет забывчивости, недоделанных дел и ощущения, что плывёшь против течения. Чтобы сверить это с независимыми источниками, есть статья Справочника MSD о СДВГ и информационный бюллетень Всемирной организации здравоохранения об аутизме.

Детская терапия: как работают с детьми

Шестилетний ребёнок не сядет объяснять, что с ним происходит. Детская терапия заходит с другой стороны: через игру, рисунок, сказки и истории, которые он придумывает сам. Именно так проявляются страхи, ревность к брату или сестре, то, о чём он не решается рассказать про школу, или то, как он понял развод, который ему толком никто не объяснил.

Родители не остаются за дверью. Часть встреч посвящена конкретным рекомендациям — как ставить границы, не превращая это в битву, как выдержать истерику, как подготовить ребёнка к переменам, — чтобы то, что нарабатывается на приёме, продолжало работать дома. Это та же линия, о которой мы пишем в руководстве по детской психологии в Паламосе.

Гериатрическая психология: память, пенсия и ухаживающие

Гериатрическая психология занимается пожилыми людьми и их окружением, и первая фраза на приёме почти всегда одна и та же: «теряю память». Задача здесь — различать. Забыть, куда положил очки, и потом их найти — в пределах нормы; забыть целый разговор, повторить один и тот же вопрос через десять минут или заблудиться по дороге домой — уже другое дело. Когнитивная оценка помогает разобраться в ситуации и решить, нужно ли дообследование у врача.

Но память — это не всё. На этом этапе появляются пенсия и пустота, которую она оставляет, потеря самостоятельности, уход друзей и супруга и одиночество, о котором тяжело говорить вслух. И есть фигура, о которой часто забывают, — ухаживающий. Тот, кто заботится о родственнике с деменцией, приходит измотанным, с чувством вины за собственную усталость и без собственного пространства. Всемирная организация здравоохранения подчёркивает именно это: поддержка ухаживающего — часть лечения.

Терапия пар

Терапия пар почти никогда не начинается с той причины, которую называют в первый день. Записываются «потому что много ссоримся», а через две встречи проступает то, что под этим: распределение дел, которое жжёт годами, так и не улаженная измена, два противоположных подхода к воспитанию детей или просто ощущение, что вы стали соседями по квартире. В работе — общение, манера ссориться и конкретные договорённости на каждый день.

На первую встречу приходят оба, потому что предметом работы становятся отношения. И стоит сказать прямо: записаться не значит, что всё кончено. Полезный момент часто наступает как раз тогда, когда ещё есть желание всё починить.

Кто вас примет в Clínica Eupnea

Службу психологии в Паламосе ведут два дипломированных специалиста. Сра. Карла Сидро отвечает за общий приём взрослых, подростков и детей: тревожность, депрессия, стресс, горе и периоды перемен. Сра. Мируна Михайла занимается нейропсихологией и нейропсихологической оценкой, гериатрической психологией, РАС и СДВГ, терапией пар и детской терапией. Обеих вы найдёте на странице медицинской команды клиники.

Если непонятно, к кому именно записываться, позвоните и расскажите: обычно нескольких деталей достаточно, чтобы понять, нужна ли оценка, терапия или просто время и наблюдение. Больше о нашем подходе — в статье о психологии и эмоциональном благополучии на Коста-Брава.

Частые вопросы